Почему сильные директора по строительству ломаются в российских компаниях и как это лечится.
На днях в профессиональной среде попался на глаза жесткий и очень точный разбор от Ильи Савченко, основателя Svoboda Team и автора методологии SCMS >>.
Текст бьет ровно в ту боль, с которой сталкивается любой застройщик, генподрядчик или серьезный подрядчик по инженерке.
Мы попросили прокомментировать этот материал директора одной из крупных региональных строительных компаний (по просьбе спикера мы не называем его имя — проблемы, о которых он говорит, универсальны для всего рынка).
Разговор получился не про «бирюзовые компании» и прочий HR-глянец. Разговор получился про деньги, сроки и выживание бизнеса.
— Илья Савченко пишет: «Наняли хорошего директора по строительству, но через два месяца оказалось, что он не тянет». Вы как собственник и руководитель с этим сталкивались?
— Сталкивался, и не раз. Причем по обе стороны баррикад. Я сам нанимал людей с блестящим бэкграундом, которые через квартал превращались в бледную тень самих себя. И я знаю директоров, которые приходили ко мне после федеральных гигантов, первые два месяца сидели с круглыми глазами, а потом выдавали результат, который предыдущая команда делала за год.
Савченко абсолютно прав в главном: на рынке есть люди. Проблема не в кадровом голоде, а в том, что мы, руководители, покупаем «Феррари», а потом заправляем ее 76-м бензином, заливаем воду в радиатор и удивляемся, почему она не едет. Мы нанимаем сильного, самостоятельного, дорогого специалиста, а потом сами же загоняем его в клетку нашей же операционной системы.
— Савченко делит подход к людям на «боевую единицу» и «функцию». Большинство строек, давайте честно, работает по второму принципу. Есть смета, есть график, есть должностная инструкция — не справляешься, до свидания. Почему этот подход так живуч?
— Потому что он проще для руководителя. Функция не задает вопросов. Функции не нужен психологический контракт. Поставил задачу в мессенджер — получил фотоотчет с объекта. Если что-то пошло не так, крайнего найти легко: вот же он, в должностной инструкции написано.
Но стройка — это не заводской конвейер. Это бесконечный поток форс-мажоров. Проектировщик забыл закладную, поставщик сорвал сроки арматуры, заказчик решил на середине пути поменять фасадный материал, а технадзор внезапно вспомнил про новый ГОСТ. Если ваш директор по строительству — это «функция», он в первой же нестандартной ситуации встанет. Он не возьмет на себя риск, потому что это не прописано в его инструкции. Он напишет вам в чат: «Ситуация, что делать?».
И собственник, который хотел снять с себя рутину, получает 50 новых чатов в день. Он становится главным диспетчером стройки. Савченко правильно пишет про 90% случаев: сотрудник принимает решение, будет ли он работать на результат или просто пересидит, уже в первый день.
— Что именно происходит в этот первый день? Что такого видит сильный кандидат, что через две недели перестает проявлять инициативу?
— Он считывает хаос, который мы называем «динамичной средой». Вот он заходит в офис. Ему показывают его место, скидывают доступы, знакомят с ПТО. Он спрашивает: «Где у вас зафиксированы зоны ответственности? Кто принимает финальное решение по замене материала? К кому идти, если смежники не отдают ось?».
А ему отвечают: «Ну, это смотря какой объект. Если это ЖК «Северный», то решает Иван Иваныч, а если «Южный» — то лучше сразу ко мне, я сам позвоню заказчику».
Всё. На этом месте сильный кандидат внутренне выключается. Он понимает: регламентов нет, функции не разведены, решения принимаются по настроению и степени усталости собственника. Савченко называет это «решениями по настроению» — и он прав, это абсолютная правда.
Сильный к слабому не пойдет. А система, где всё держится на одном человеке (владельце), — это слабая система. Сильный специалист категории «А» идет в компанию за ростом. А расти, находясь внутри хаоса, невозможно — там можно только выживать. И он принимает единственно разумное решение: не лезть. Не проявлять инициативу. Ждать указаний. Потому что ошибиться в чужой компании с непонятными правилами — значит подставиться под штраф или увольнение. Дешевле переспросить.
К третьей неделе он становится идеальным передатчиком. Он просто транслирует волю собственника вниз, а проблемы прорабов — наверх. Он не решает вопросы, он их эскалирует. И собственник через два месяца говорит: «Рынок выродился, наняли безынициативного исполнителя». А человек просто адаптировался к вашей среде, чтобы выжить.
— Савченко приводит отличный критерий: способен ли новый человек за четыре часа разобраться в функциях компании по документам. У вас в компании это реально?
— Когда я прочитал этот вопрос, мне стало неуютно. У нас — нет. Точнее, год назад точно не мог. У нас всё жило в головах трех ключевых людей и в нашей общей истории. Если завтра я попаду под машину, мой бизнес встанет на две недели, пока наследники будут искать пароли от моих мессенджеров.
Мы начали лечить это только в прошлом году. Не от хорошей жизни — мы начали масштабироваться, и я физически перестал успевать закрывать собой дыры.
Первое, что мы сделали — сели и на трех страницах написали, куда мы идем. Не миссию для сайта, а честный документ: зачем мы существуем, за счет чего зарабатываем и чем мы лучше других 500 контор в регионе. Для отделки — это скорость и чистота. Для инженерки — нулевой процент переделок на пусконаладке. Без этой «конституции» сильные люди к вам не придут. Им безразлично, сколько вы зарабатываете на новую машину. Им важно понимать, во что вы играете.
Второе — мы расписали роли. Буквально: кто за что отвечает в деньгах и в сроках. Кто имеет право остановить стройку. Кто имеет право согласовать допработы до 500 тысяч рублей без меня.
Третье — мы сделали самое неприятное упражнение. Савченко предлагает записать за один день все обращения, которые приходят к вам, но вашего уровня не требуют. Я выписал 43 обращения за вторник. От «заказчик просит поменять цвет плинтуса, можно?» до «у крана потек гидроцилиндр, кого вызывать?». Каждое такое сообщение — это дырка в вашем регламенте или неопределенное полномочие. Вот вам и план работ на квартал. Ничего выдумывать не нужно, просто сшейте эти дыры.
— Вы ввели регламенты. Люди не начали саботировать? Стройка же — это мужская, довольно консервативная среда. «Зачем мне писать отчет, я лучше на объекте лишний час проведу»?
— Саботировали, конечно. Первые две недели это выглядело как тихий бунт. Прорабы старой закалки вообще не понимали, зачем фиксировать задачи в системе, если можно позвонить.
Но здесь работает простая экономика, которую понимает любой строитель. Я собрал планерку и показал цифры. Мы посчитали стоимость одного простоя бригады из-за того, что снабжение не привезло кабель. Простои, штрафы заказчика, оплата простоя людям — вышло под 300 тысяч рублей на одном объекте. Причина — задача на закупку была отдана устно, человек забыл, ушел на другой объект.
Регламент — это не бюрократия. Это бронежилет. Когда у тебя зафиксирована зона ответственности, ты можешь сказать: «Это не мой косяк, вот задача, вот срок, вот исполнитель». А когда всё на словах — виноваты всегда все и никто.
Сильные ребята, кстати, регламенты приняли первыми. Потому что регламент дает им щит. Теперь их не дергают по пустякам. Прораб знает: если вопрос дешевле 100 тысяч и не влияет на конструктив — он решает его сам с ПТО. Он не пишет мне. Я не пишу директору по строительству. Директор спит спокойно и занимается стратегией, а не поиском арматуры в субботу вечером.
— Савченко в конце своего текста пишет, что на рынке 40% нормальных, ответственных людей. Вы согласны с такой оценкой?
— Думаю, он даже оптимистичен. Нормальных людей на рынке процентов 60. Но они не хотят идти в компании, где их заставят быть спасателями чужого хаоса.
Мы недавно искали начальника участка на крупный объект по вентиляции. Приходит парень, 35 лет, с двух федеральных строек. Опыт колоссальный. На собеседовании спрашиваю: «Почему ушли с прошлого места?». Он говорит: «Я устал быть нянькой. Я строю объект на 200 миллионов, а меня заставляют выяснять, почему кладовщик не выдал перфоратор, и звонить заказчику, чтобы он подписал акт на замену розетки».
Я показал ему наши три страницы «конституции» и наши регламенты. Сказал: «У нас твой кладовщик без твоего ведома ничего не выдаст, а с заказчиком общается только РП или я. Твоя задача — чтобы трасса сходилась и система дула как надо».
Он работает у нас четвертый месяц. За это время он не написал мне ни одной задачи уровня «закончился скотч». Он просто делает свою работу. И объект идет с опережением графика на две недели. Он не стал плохим. Мы просто перестали мешать ему быть хорошим.
— Резюмируя: рецепт от выгорания топов?
— Он до смешного простой, и Савченко его дал.
- Перестать искать супергероев. Ищите просто сильных профи.
- Написать, куда идет компания (3 страницы).
- Развести функции (кто за что отвечает и кто принимает решения).
- Записать свои 43 чата за день и превратить их в регламенты.
- Ввести три базовых правила игры: как мы планируем, как мы совещаемся и как мы контролируем задачи.
Алмаз на рынке есть. Но если вы пытаетесь держать его голыми руками в куче строительного мусора, он либо потускнеет, либо порежет вас и сбежит. Создайте огранку — систему. И тогда даже не самый идеальный камень заиграет и начнет приносить вам прибыль, а не головную боль.
